Хардинг выезжает сюда.
Финансист повернулся к Глории:
— Мисс ван Равен, я полагаю, что полиция разберется во всем без нас. Давайте я провожу вас к домику.
— Спасибо, Грег! Вы так предупредительны...
Скорее автоматически, чем сознательно, Глория начала отрабатывать на Бейли свои женские приемчики.
Они ушли.
Я еще раз осмотрел труп. Почерк убийцы был легко узнаваем: на лбу чернела дырочка от пули — точно на том же месте, как и у Элен Фицрой...
Глава 8
— Вы всех подняли с постели? — мой вопрос прозвучал довольно иронично, с насмешкой, хотя я не ставил такой цели.
Я погасил сигарету — десятую за это утро. Противный табачный привкус портил все. Даже лазурная гавань за окном, блестевшая на солнце, была мне омерзительна, как сверкающий инструмент дантиста.
Хардинг посмотрел на меня и хмыкнул:
— Конечно, всех. Когда речь идет об убийстве, лично я не сплю...
— ... и другим не даю спать.
Мое самочувствие было плохим. Едва только я прикрывал глаза, как видел мертвое лицо Свейна и черный зрачок смерти на лбу...
— Чего вы злитесь? — сказал Хардинг. — Вам-то что?! Это у меня неприятности. Прокурор уже звонил... Второе убийство в Бахиа-Мар, — он повторил мысль Бейли.
— Самое странное — кому помешал этот дебил?!
— Он всем представлялся агентом страховой компании, но на самом деле не был им.
— Как?!
— Только сегодня прилетает настоящий агент, его зовут Чалмерс.
— Кто же тогда Свейн?
— Жулик. Мелкая сошка. Дебил.
— Но зачем он разыгрывал нас весь день? Корчил из себя детектива...
— Кому-то нужен был этот спектакль. Свейн, я думаю, работал по наводке. Надеюсь, что я правильно угадал, на кого он работал.
— И на кого?
— На Луи Барона.
Хардинг предложил мне сигарету, но я скривился так, словно проглотил, хорошенько разжевав, лимон.
— Если Свейн — человек Барона, то почему Туша и Лапчатый избили его до полусмерти?