— A y вас неплохой магазин, Као, — сказал я, усаживаясь напротив.
— Стараемся. Если хотите, могу приказать подыскать для вас какой-нибудь симпатичный сувенирчик.
— Благодарю, — я махнул рукой. — Успеется. Есть дело поважнее. У меня сегодня утром был один очень интересный разговор.
— С кем?
— Не поверите. С Эмерсоном Ридом. Он все-таки приперся в Гонолулу.
— Вот как? — Као продолжал вежливо улыбаться, но в глазах его на мгновение мелькнул странный огонек. — Ну и?..
— Мы перестали понимать друг друга. Я предпочел отдать Риду тысячу шестьсот баксов и послать этого ублюдка подальше. В его игры я больше не играю.
Као хмыкнул:
— Ну, Дэнни, если вы на такое решились, значит, действительно произошло нечто чрезвычайное.
— Как считать. Я попросил Рида рассказать о деле, из-за которого он меня посватал. А Рид не захотел.
— И все?
— Да. Если не считать события, о котором сегодня пишут все утренние газеты.
Улыбка покинула лицо Као:
— Я уже читал. Печально. Я плохо знал мисс Арлингтон, но от мысли, что такая красивая женщина умерла столь жуткой смертью...
— А я ее вообще не знал, — сказал я. — Но мне просто не нравится, когда людей убивают.
— Н-да... — Као предпочел обойтись без комментариев.
Я закурил, и некоторое время мы сидели молча. Наконец я произнес:
— Вы в прошлый раз сказали, что могли бы предложить мне какую-то работенку. И что гонорар будет даже выше, чем у Эмерсона.
Као кивнул:
— Говорил. А что — есть интерес?
— Деньги Рида пришлось вернуть. Нужно как-то возмещать убытки.
. — Естественно, — китаец ухмыльнулся. — Но нам нужно твердо знать, Дэнни, что вас с Ридом действительно отныне ничего не связывает.
— Отрезано навсегда! — твердо сказал я.
Као помолчал.
— Допустим, лично я вам поверю. Лично я! Но вы же понимаете, что есть еще мои друзья. И им понадобится определенное время на то, чтобы убедиться,