от такого отказываться?..
Через две минуты я распрощался с нею и уже стоял у окна, глядя на то, как Центральный парк все еще вполне удачно имитирует «бабье лето», а по сравнению с предыдущим днем появилось совсем немного пожухлой и облетевшей листвы. Кажется, я начал понимать, почему падают листья: пора срочно сделать что-то стоящее, а не то начну усыхать и последую их примеру. Сначала я накинулся на телефонный справочник, с остервенением полистал страницы, а затем с самым решительным видом набрал номер на диске.
— Клиника Лэндела, — услышал я в трубке несколькими секундами позже.
— Я хотел бы поговорить с мистером Чарлзом Войгтом!
— Обождите, пожалуйста, на линии.
Мне так не терпелось, что ожидание, казалось, длилось целую вечность.
— Войгт слушает.
— Вы, должно быть, супермен в некотором роде, — заявил я. — Днем вы благовоспитанный неприметный психолог, работающий в поте лица на благо ближних в клинике, а по ночам — посредник шантажиста, плетущий свою зловещую паутину в скромном номере отеля пятого разряда на Таймс-сквер.
— Мистер Бойд? — осведомился он приятным голосом. — Я так и думал, что вы вчера заметили меня. Мог бы и не попасться вам на глаза, но меня заверили, что вы вот уже с час как покинули клинику.
— У меня сообщение для вашего верховного главнокомандующего, — произнес я. — Скажите Бэйкеру, что я сыт по горло. Устал от этой игры в прятки и прочей чепухи. Образно говоря, мое терпение лопнуло.
— И это все, что я должен сообщить ему? — кротко спросил он.
— Есть и еще кое-что. Передайте, что я настаиваю на встрече с ним... сегодня, чтобы расставить все точки над "i". Беверли Гамильтон сейчас горит желанием — ждет не дождется — вручить ему пятьдесят тысяч долларов... но она в любой момент может поумерить свой пыл и начать охладевать, а мы так не договаривались. Знаете такую поговорку: куй железо, пока горячо!
— Не уверен,