пару недель мы встретимся где-нибудь посередине.
— Вы снова пробуждаете во мне насильника, — предупредил я ее, — и это будет выглядеть совсем уж глупо здесь, за куриным рагу.
— Вы правы, — ответила она мне серьезным тоном, — это будет несовместимо с моим нежно-зеленым нижним бельем. — Ее глаза сверкнули. — Тонким шелком, почти прозрачным. К тому же я наверняка простужусь.
Я чуть было не поперхнулся своим мартини, но в конце концов мне удалось проглотить его.
— Что-то не так, Дэнни? — спросила она заботливо.
Официант наконец-то принес куриное рагу, но, честное слово, оно показалось мне сначала каким-то не таким — зеленоватым! Но аппетит взял свое, так что мы набросились на еду, нарушив молчание только за кофе.
— Я забыл поведать вам об одном факте, рассказанном мне Чарли Маккензи, — сказал я. — Неделю назад он видел Вейланда, и тот предложил слить строительную фирму Чарли с Корпорацией. Вейланд гарантировал ему контрольный пакет акций, сказав, что это будет стоить около трех миллионов долларов. Чарли ответил, что ему негде сейчас найти такие деньги, и тогда Вейланд пообещал попытаться занять их у кого-нибудь для него, но с тех пор он Стирлинга не видел. — Я допил свой кофе. — Что вы на это скажете, мой партнер?
— Заткнитесь! — сказала Джекки холодно. — Я думаю.
— Кто я, чтобы мешать вам? — проворчал я.
Выпив еще чашечку кофе и выкурив сигарету, она продолжала сидеть с отсутствующим выражением лица.
Не подмешал ли официант в ее рагу какой-нибудь порошок? Больше терпеть у меня уже не было сил, так что я поднес пальцы к ее носу и щелкнул ими.
— Отец и сын ненавидят друг друга; сын работает с Вейландом, предложившим слияние отцовской фирмы и строительной корпорации, — произнесла Джекки тихим голосом. — Он знает, что отец на грани банкротства, поскольку одолжил деньги строительной корпорации, и у него нет сейчас и трех тысяч, не то что трех