и профессионально осмотрели его. За ними появились другие техники; один из них был с фотоаппаратом, Сэм Дин снова повернулся ко мне:
— Итак? Зачем этому человеку понадобилось тебе звонить?
— Может быть, и на сей раз Дора что-то подслушала? А они подумали, что она вот-вот расколется, — предположил я.
Лейтенант поджал губы.
— Насчет чего? Насчет этого малого, Бакстера?
— Может быть, и насчет него.
Сэм Дин задумался и устремил взгляд на сотрудников отдела медицинской экспертизы. Они переложили тело с кресла на каталку, накрыли его одеялом и привязали. Один изних подошел к нам и протянул лейтенанту отпечатанную по всей форме бумагу.
— Какое расточительство такого прекрасного материала! — простонал врач, ожидая, пока Сэм Дин поставит под бумагой свою подпись и вернет ее.
— Попросите медэксперта сообщить мне причину смерти сразу, как только она будет установлена. Человек в белой куртке фыркнул.
— Такая пуля вместо галстука-бабочки! Она уж точно умерла не от старости, лейтенант. Дин хмуро взглянул на него.
— Мне нужен подробный отчет плюс фотографии пули. Врач ухмыльнулся и направился к каталке: едва заметная выпуклость под одеялом невольно наводила на грустные размышления. Врач с напарником повезли ее к двери и исчезли в коридоре.
Лейтенант опять повернулся ко мне.
— А что там с этим Бакстером? Что тебе удалось разнюхать?
— Ничего, что имело бы хоть какой-то смысл.
— И все-таки расскажи мне. Я сам буду об этом судить. Я вздохнул. Знаменитая популярность Макса Ройяла на этот раз не обеспечила ему обычного теплого приема. Я выдал Сэму все, что мне было известно о Джо Бакстере, и ответил на все его вопросы. Дин встал, подошел к телефону и набрал номер отдела по расследованию убийств. Я слышал, как он дает на Джо Бакстера сигнал всем постам.
— Что за странная идея, Сэм? — спросил я, когда он наконец положил трубку. — Если тебе нужна