было написано: «Дейн Фордайс». Я постучал и, услышав разрешение, вошел.
Кабинет своими размерами здорово отличался от крошечных закутков, которые я только что видел. Он был невероятно просторным, а кресла и диван, затянутые кожей, делали его почти элегантным. В углу располагался бар, а прямо передо мной — большой стол, покрытый кожей, за которым сидел человек, щуплый и, видимо, невысокого роста. С внешностью ему явно не повезло. Он был разодет в пух и прах — думая, что роскошная одежда компенсирует маленький рост и уродливость. Картину дополняли короткие редкие курчавые волосы и глаза — яркие, внимательные и печальные одновременно. Если, гуляя по зоосаду Сентрал-парка, остановиться и резко обернуться, можно заметить мартышку, наблюдающую за вами через решетку с таким же выражением.
— Вы хотели меня видеть? — Мелодичный голос, совершенно не подходящий боссу транспортной компании. — Я Дейн Фордайс.
— Меня зовут Бойд, — сообщил я. — Хочу поговорить с вами о Джо Слэйтере.
Он пожал плечами:
— Чарли уже доложил мне об этом.
Значит, Чарли — это тот самый парень, который все время сидит и думает. Видимо, мартышка держит гориллу на побегушках.
— Слэйтера убили прошлой ночью, — сказал я.
— Это уже не новость, — спокойно ответил он.
Я настаивал:
— Он был вашим другом и даже вложил деньги в вашу компанию.
— Да что вы!
— Или деньги Дюка Бормана, — продолжал я.
Фордайс выбрал из коробки на столе большую, толстую сигару марки «Корона», снял целлофановую обертку, понюхал сигару, покрутил ее между пальцами и наконец зажег. Целый ритуал. Его лицо тут же исчезло в облаке дыма. Когда дым рассеялся, коричневые глаза по-прежнему смотрели внимательно и настороженно.
— Что вам нужно, Бойд? — спросил он нейтральным тоном.
— Дюк Борман умирает в Милане, — начал я, — и рассчитывает унести все свои секреты в могилу, но кое-кто этого очень не хочет. На