добиться права на развод? – она едва не подавилась от смеха. – Неужели он совсем утратил разум, бедняжка?
– Миссис, можно мне сказать несколько слов? – перебил я ее. – Со слов мистера Ваносса я понял, что он ничего так не страшится в жизни, как развода с вами. Его простобеспокоит ваше долгое отсутствие. Он надеется, что к концу месяца вы вернетесь домой, чтобы подписать счета.
Женщина перестала смеяться и принялась стряхивать песок, налипший на ее тело. Начата она с грудей, формой и объемом не уступавших самым полновесным кокосовым орехам, а закончила бедрами, один взгляд на которые мог отправить в нокаут любого мужчину, чуть менее стойкого, чем я. При этом ее ничуть не беспокоило присутствие постороннего наблюдателя.
Отряхнувшись, Карен Ваносса заявила:
– Если Чарли настаивает, сегодня вечером я вернусь домой. Проклинаю тот час, когда я связалась с этим придурком Пеллем. Два часа назад он пошел за выпивкой и как в воду канул. Что за мужчины мне попадаются в последнее время – больше одной недели любви не выдерживают! Боюсь, что и он сбежал в Нью-Йорк.
– Разрешите, миссис Ваносса, извиниться перед вами за всех представителей мужской половины рода человеческого, к которой я причисляю и себя. Суетные заботы иногда принуждают нас пренебречь чувственной любовью.
– Интересно, а какие заботы вынуждают пренебречь любовью моего мужа? – презрительно фыркнула она. – Если я когда-нибудь затащу его в постель, он от страха предпочтет выпрыгнуть в окно.
– Думаю, он поступит опрометчиво, – заявил я. – Что мне передать мистеру Ваносса по возвращении в Нью-Йорк?
– Скажите, что я скоро вернусь и выполню все формальности, касающиеся финансов.
Она прошла мимо меня и стала подниматься по лестнице, но через несколько шагов остановилась.
– Нечего вам стоять там и пожирать меня глазами, мистер Бойд! – сухо бросила она. – Можете зайти в дом и выпить стаканчик. Кроме