поступки!
Ваносса покинул кресло с такой скоростью, словно на его спинку упала взбешенная кобра.
– Это недоразумение, Петер, – залепетал он. – Мы же всегда были друзьями...
Мистер Пелль сжал кулаки и бросился на толстяка, но тот, проявив удивительную для своей комплекции расторопность, пулей вылетел из гостиной. Спустя несколько секунд громко хлопнула входная дверь, и в квартире воцарилась тишина.
– Ну, а вы чего расселись? – Пелль набросился на меня. – Вон отсюда!
– Не очень-то разоряйся, приятель, – ответил я спокойно. – Если будешь широко разевать пасть, простудишь горло, а то и зубов лишишься.
– Что? – казалось, он не мог поверить своим ушам. – А ну повторите, что вы сказали?
– Я сказал, что актеру надо беречь свои зубы. Ну куда вы денетесь со щербатой пастью, да еще с подбитым глазом? А это я могу вам очень просто устроить.
– Мистер Бойд, прошу вас, – вмешалась Нина. – Не доводите дела до скандала. У нас сегодня такой праздник, а вы...
– Перестань говорить вместо меня, дорогая, – оборвал ее Пелль. – Это так же действует мне на нервы, как и твоя болтовня в постели. О каком сексе может идти речь, когда ты непрерывно кудахчешь всякие глупости.
Отстранив Нину в сторону, он патетически воскликнул, наверное, спутав эту берлогу со сценой:
– Я даю вам последний шанс уйти отсюда живым и здоровым. Немедленно извинитесь и пойдите вон!
– Уже! – сказал я, поднимаясь.
Я сунул ему свой пустой стакан, и Пелль автоматически схватил его. Теперь, когда правая рука актера была занята, я преспокойно врезал ему носком ботинка по голени. Взвыв от боли, он повалился в ближайшее кресло.
Нина бросилась перед ним на колени.
– Дорогой, он сделал тебе больно? Ты можешь ходить?
– Вызывай полицию! – стонал Пелль. – Он без всякого повода напал на меня! О-о, моя нога!.. А если это перелом?
– Подлый трус! – Нина бросила на меня яростный взгляд. –