имеешь представление? — нетерпеливо спросил я.
— Здесь, конечно, Фолк, — Лака нахмурилась, мгновенно сосредоточившись, — Эдди Слоун, затем человек, который вечером открывал дверь...
— Вид у него как у утопленника?
— Он самый.
— Еще Вилли, тип, который вел машину вечером, — продолжил я. — А кто привез вас с Фолком назад?
— Злобного вида мужчина по имени Эйп. — Она пожала плечами. — У него вид как у человекообразной обезьяны — длинные руки и покрытые густой шерстью запястья...
— Итого — пятеро, — заключил я. — Но думаю, что Вилли и этот утопленник не доставят нам особых хлопот.
— О нет! — подхватила Лака с глубоким сарказмом. — Я голыми руками могу вышибить у них мозги! Я вернулся к изначальной теме разговора.
— Мы должны сделать так, чтобы сюда непременно вошли.
— Если ты начнешь лезть на стену, Дэнни Бойд, — произнесла она еле сдерживаясь, — я закричу!
— Есть! — Я радостно скрестил пальцы. — Лака, радость моя, ты не могла бы снять с себя одежду?
— Так я и знала! — процедила она сквозь зубы. — Теперь я просто уверена, что ты ненормальный! Мы заперты в этом грязном свинарнике, а утром нас будут пытать или даже убьют! У меня такое ощущение, словно из моей спины уже сделали окорок, и это только цветочки! А ты не нашел другого времени, чтобы ощутить себя в ударе как мужчина, Дэнни Бойд! Отодвинься подальше от меня, или я выцарапаю тебе глаза, слышишь?
— Может быть, утром ты запоешь иначе? — предположил я с надеждой.
Лака приподнялась на локте, ее глаза горели адским огнем и искрились от ярости. Она набрала полные легкие воздуха, и поток жутких ругательств хлынул из ее уст, словно раскаленная лава. Язык был преимущественно китайский, с небольшими добавлениями гавайского. Я слушал, разинув от восхищения рот, пока наконец она не выдохлась.
— Ну! — Я беззаботно вытянулся на постели и закрыл глаза. — Думаю, нам не помешает немного соснуть.