самый, с...
— С проломленной черепушкой? — пришел я ему на помощь.
— Вилли! — взвыл Слоун. — Можешь ли ты не вякать об этом?
— Разве я что-нибудь сказал? — Водитель, явно обиженный, замолчал, и шины взвизгнули, когда он резко вывернул на дорогу, которая, как и следовало ожидать, оказаласьуже прежней.
— Что случилось в отеле? — спросил я небрежно. Я почувствовал, как Слоун рядом со мной напрягся всей своей тушей.
— А ты не дурак, — ответил Слоун. — Оставить дверь открытой и отправить портье прямиком в номер с бутылкой виски! Если бы я еще не оклемался, а он впер бы в ванную, сидеть бы мне и до сих пор в участке, отбрехиваясь от кучи чертовых копов, как ты и хотел! А может быть, ты и не знаешь, какую любовь ко мне питают копы? Они готовы вывернуть меня с потрохами, дай только повод!
— Не хочу, чтобы это прозвучало как оправдание, — заметил я осторожно. — Но ведь это ты первым пытался застрелить меня, помнишь?
— Хотя бы и так, — возмущенно ответил он. — Но ведь это ты вынул патроны из моего пистолета.
— Но ты-то не знал, что их там нет, когда приставил пушку к моей груди и спускал курок, не так ли? — напомнил я ему как бы вскользь.
— Как бы то ни было, — он счел за лучшее вернуться к своему рассказу, — портье опоздал на пару минут. Я был еще в ванной и только успел подняться, когда услышал, какон орет Куку, что принес выпивку. Меня от страха чуть кондрашка не хватила, когда я узнал его голос. Пришлось рявкнуть, чтобы он оставил бутылку на столе и убирался кчерту. Этот прохвост предложил мне не волноваться и унес ноги.
— Ты говорил с ним, когда выходил из отеля?
— Черта лысого! Я воспользовался служебным лифтом и смотался через черный ход!
— Так что тело Кука, возможно, еще не нашли?
— Возможно, — ответил Эдди резонно, — но даже в такой паршивой дыре, как эта, работают какие-нибудь бабы — горничные, например. Так что нынешним утром