они терять время со мной, но тех пятерых обязательно допросят. Вы, конечно, понимаете, что я имею в виду?
Конечно, я понимал этого подлеца. Если он стукнет об этом деле в ФБР, его агенты займутся не только этой пятеркой, но и мною. Придется ответить на множество вопросов,самый коварный из которых будет: почему я не предъявил полиции магнитофонную ленту сразу после того, как прослушал ее. И тогда прощай, Австралия, а вместе с ней, возможно, и моя лицензия. Нет, допустить такое нельзя!
Я тяжело вздохнул:
– Значит, вы полетите вместе со мной в Австралию?
– Упаси боже! – воскликнул он. – Что я там позабыл? Но вам понадобится помощник здесь, в Нью-Йорке. Как только появятся какие-нибудь важные сведения, я дам вам телеграмму. Договорились?
– Договорились! – проворчал я безо всякого энтузиазма.
Он вынул сигару изо рта и продемонстрировал все свои гнилые зубы – это должно было означать улыбку.
– Пусть наш союз процветает и крепнет, мистер Бойд. А теперь не смею вас отвлекать от важных дел. Передайте мне половину вашего аванса и разойдемся с миром.
У меня воздух застрял в горле.
– Половину аванса?! Две с половиной тысячи долларов?!
Дженкинс сразу принял оскорбленный вид.
– Мы же договорились все делить пополам. И опасность, и гонорары. Разве вы забыли, мистер Бойд? Так что половиной аванса вы просто обязаны поделиться со мной.
– Они нужны мне на расходы!
– Думаете, у меня их не будет?
Несколько минут я молчал, стараясь сдержать ярость, а потом вызвал Фрэн. Она тут же явилась, имея при себе блокнот и ручку.
– Слушаю, мистер Бойд.
– Выпишите чек на сумму в тысячу долларов мистеру Дженкинсу, – сказал я, скрипя зубами.
– Кто это такой? – удивилась Фрэн. – Раньше мы с ним никогда не сотрудничали.
– Мистер Дженкинс находится перед вами, – я указал пальцем на проходимца.
– Что вы у него покупаете? – на лице Фрэн отразилось недоверие. –