наполовину открытая. Я проскользнул внутрь и помчался вверх по лестнице, про которую говорил мне повар.
На втором пролете я заметил впереди парня, который обернулся на мои шаги. Одно мгновение Джонни и я смотрели друг на друга в упор, затем он повернулся и побежал. Наверху был небольшой коридорчик с двумя дверями по левой стороне и еще одной в самом конце. Я попробовал сначала дальнюю дверь — она оказалась запертой, и я забарабанил в нее.
— Открой, Джонни! — неистово вопил я. — Тебе все равно не скрыться, я доберусь до тебя, даже если мне придется выломать дверь!
Я барабанил еще секунд десять, затем дверь вдруг отворилась, и я оказался перед пылающим лицом моего собрата по клубу неудачников — администратора с торчащими усами, Джорджа Обистера.
Мы глазели друг на друга в недоумении еще какое-то время, затем мои рефлексы вновь заработали. Я грубо оттолкнул его, выскочил на середину комнаты — и остановился. То ли это был самый современный офис, то ли старомодный отдельный кабинет для недозволенных развлечений. Вдоль одной стены стояла огромная мягкая тахта, напротив —пара глубоких кресел, а рядом — небольшой, но замечательно полный бар. И ни следа приземистого безобразного парня по имени Джонни.
— Что все это значит, черт возьми, Бойд? — сердито прорычал Обистер. — Какого дьявола ты врываешься сюда таким образом? Ты что, совсем с ума спятил?
Я повернулся кругом и грозно посмотрел на него:
— Ну, так где же он?
Его лицо выражало полное недоумение.
— Кто?
— Не пытайся надуть меня, Джордж, — коротко бросил я. — Иначе все, что останется от тебя после нашего разговора, пойдет на корм морским чайкам. Где эта дешевка, этот мелкий пакостник Джонни?
— Здесь никого нет, кроме меня, — сказал он, вытаращив глаза. — Ты, должно быть, не в себе — может, вызвать доктора? — Он двинулся к телефону, висящему над баром, ноя сгреб его за шиворот, прежде чем он