практичен. Марго неуверенно засмеялась:
— Это его шоу, он вложил в “Саломею” большие деньги. Подумайте сами, зачем ему убивать своего собственного продюсера и рисковать своим шоу?
— Звучит убедительно, — согласился я. — А может, спросить его самого?
В ее глазах мелькнуло что-то похожее на страх, пальцы сжали мою руку.
— Не делайте этого, вы погубите меня!
— Почему?
— Вы что, забыли, что я работаю на него?
Она встала и увидела мой пустой фужер на полу.
— Как насчет того, чтобы еще выпить?
— Успеется, — ответил я. — Давайте еще поговорим об Эрле Харви.
— Не хочу о нем говорить! — воскликнула она. — До смерти устала говорить об убийствах и о мотивах! Хочу хоть ненадолго расслабиться!
— Согласен. — Я решил не противоречить. — Как насчет того, чтобы я приготовил что-нибудь выпить нам обоим?
— Это уже лучше. — Она снова улыбнулась, и озорное выражение вернулось на ее лицо. — А еще лучше будет, если мы расслабимся вместе.
Я взял фужеры и направился к бару, а когда я приготовил напитки. Марго исчезла. Причин этому могло быть несколько, поэтому я не беспокоился.
Вернувшись на софу, я поставил фужеры на маленький столик, расслабился и закрыл глаза. Звучала все та же музыка — это была какая-то бесконечная запись. Впрочем, темп немного ускорился, — вероятно, любовники перешли от неторопливых ласк к пылкой страсти.
Немного погодя я услышал легкий шуршащий звук и открыл глаза. Марго стояла передо мной в короткой пижаме из голубого шелка. Нижняя часть пижамы плотно облегала тело и заканчивалась манжетами примерно на середине бедер; жакет был туго затянут на талии широким поясом.
— Маленькие домашние заботы, — улыбаясь, объяснила она. — Иногда они так много значат в жизни. Выбрать, что надеть для особого гостя, закрыть входную дверь, снять телефонную трубку... — Она опустилась на софу рядом со мной — на этот раз по-настоящему близко. —