В ее голосе звучала ирония. — Уверена, что сегодня тебе будут звонить и Крис Эдвардс, и Лон Стерн, и Сонни Вест. Они уже спрашивали. Не могут дождаться встречи с тобой. Надеюсь, это не связано с драгоценностями. Ты ведь хорошо спрятал. Два года после твоего ареста меня терзали из-за них. И не только твои дружки, вроде Веста, но и полиция, и страховая компания. Первые два года мне житья от них не было, Майк!
— Да, это тяжело, — согласился я.
— Я даже не сказала, что до самого ареста думала, ты — бизнесмен. Это только рассмешило бы их. Ты уехал по делам в Нью-Йорк, а потом я прочитала в газетах о твоем аресте и лишь тогда поняла, что это за дела.
«Действительно смешно, — подумал я, — когда жена считает мужа благородным дельцом до самого его ареста».
— Ну, как, отпразднуем твое возвращение? — спросила Диана Клюгер.
— О, конечно. Что ты будешь пить?
— Что обычно, — сказала она.
— А что сейчас для тебя обычно? — спросил я.
— То же, что и всегда, Майк.
— Знаешь, Диана, я не пробовал алкоголя семь лет. Даже забыл его вкус. Даже забыл, что ты обычно пьешь.
— Ром и джин, — ответила она.
В углу комнаты стоял небольшой бар. Я уверенно направился к нему. Ей я смешал немного рома и джина, себе приготовил крепкий бурбон с парой кусочков льда. Пока я возился с напитками, Диана отошла от окна и села в кресло. Это было антикварное кресло, достаточно древнее, но безвкусное. Когда она садилась, край ее юбки зацепился за одну из ручек и открыл бедра.
На полпути к ней я внезапно остановился. Она спокойно сидела в кресле, скрестив руки на животе. Казалось, ее нисколько не волновало, что юбка задралась, и мне были хорошо видны стройные ноги и черные шелковые трусики. Такое поведение озадачило меня. Это не было похоже на действие наркотиков, и она выглядела вполне трезвой.
— Майк? — Диана продолжала смотреть на стену перед собой. — Что-нибудь не так?